The Train Escape · August 1943
Побег из эшелона · Август 1943
Escape from the Death Train
Побег из эшелона смерти
On 31 July 1943, Senior Lieutenant Grigory Filatov led his flight of four Yakovlev fighters as cover for Soviet bombers attacking German troop concentrations near Bryansk. During the battle, one of the most ferocious of the Kursk campaign, he repelled multiple attacks by Messerschmitts and Focke-Wulfs — and was grievously wounded. His right eye was destroyed. His jaw was fractured. His left arm was wounded.
Losing consciousness, he somehow managed to land the shattered Yak — but far behind German lines. On impact he was thrown from the cockpit. He came to only toward evening. Salty moisture filled his mouth. His eye was gone. His jaw was shattered. He tried to rise on his wounded legs — and blacked out again. The Germans found him like that and transported him to a prisoner-of-war camp near Bryansk. His first thought upon waking: "I must escape."
"I am a fighter pilot, a Communist. I was taken prisoner while unconscious, severely wounded. I ask everyone to come to me!"
"I have a Finnish knife. We will widen the opening here, in the corner of the wagon. You will climb out onto the coupling, and from there — jump onto the tracks. This is the only way out…"
— Grigory Filatov, to fellow prisoners aboard the German transport train, August 1943 · From "The Fighter" by N. Vertyakov, Komsomolskoye Plemya, 1987
On 11 August 1943, the Germans began hastily loading prisoners into old freight wagons — evacuating the camp. A guard sat on the roof. The door was wired shut with iron. "This is the only chance to escape," thought Filatov, and when the train started moving he shared his plan with his companions. They agreed unanimously.
But how? Some proposed ripping a plank from the floor and dropping between the wheel pairs onto the tracks. Others — cutting a slit in the wall and trying to unwire the door lock. Both plans were rejected as too dangerous. The final decision: widen a hole in the corner of the wagon to reach the coupling between cars. He had one tool — a Finnish knife that had miraculously not been taken from him.
It was not easy, with a single knife, to carve a hole large enough for a man to crawl through. But by the time the train approached Smolensk, it was done. Filatov went first. One by one, all 27 who could stand climbed through, reached the coupling, and leaped from the train at full speed into the darkness.
31 июля 1943 года старший лейтенант Григорий Филатов повёл четвёрку Яков на прикрытие бомбардировщиков, атаковавших немецкие позиции под Брянском. В одном из ожесточённейших боёв Курской кампании он отразил множество атак «Мессершмиттов» и «Фокке-Вульфов» — и был тяжело ранен. Правый глаз уничтожен. Челюсть сломана. Левая рука ранена.
Теряя сознание, он каким-то чудом посадил разбитый Як — но далеко за линией фронта. При ударе его выбросило из кабины. Очнулся лишь к вечеру. Солоноватая влага заполняла рот. Глаз выбит. Челюсть разбита. Попытался подняться на раненые ноги — тщетно. Снова потерял сознание. В таком состоянии его нашли фашисты и перевезли в лагерь под Брянском. Первая мысль, придя в сознание: «Надо бежать!»
«Я — лётчик-истребитель, коммунист. В плен попал в бессознательном состоянии, как тяжелораненый. Прошу всех подойти ко мне!»
«У меня есть финка. Будем расширять отверстие, вот здесь, в углу вагона. И будете выходить на сцепку, а с неё прыгать на полотно. Этот выход единственный...»
— Григорий Филатов, пленным в немецком эшелоне, август 1943 · Из очерка «Истребитель», Н. Вертяков, Комсомольское племя, 1987
11 августа немцы стали поспешно загонять людей в старые товарные вагоны — эвакуировать лагерь. На крыше вагона сидел часовой, запор на двери скручен железной проволокой. «Это единственный шанс бежать», — подумал Филатов и, когда поезд тронулся, поделился мыслями с товарищами по несчастью. Они единодушно поддержали.
Но как? Одни предлагали оторвать доску в полу вагона и падать на полотно железной дороги между колёсными парами. Другие — проделать щель в стене и попробовать снять проволоку с запора двери. Оба варианта, как опасные и трудновыполнимые, были отвергнуты. Решено было расширить отверстие в углу вагона, чтобы обеспечить выход на сцепку. У Филатова было одно орудие — финский нож, чудом сохранившийся.
Нелегко было одним только ножом проделывать лаз, через который смог бы пролезть человек. Но когда поезд подошёл к Смоленску, всё было готово. Филатов прыгнул первым. Вслед за ним все 27, кто мог стоять, воспользовались лазом и на полном ходу поезда оставили вагон.
The Count
Счёт
Of those who jumped: 27 survived. Five were killed in the fall. For three days, wounded and starving, Filatov and two companions wandered through the Smolensk forests and swamps — until they stumbled upon local people. The villagers fed them, bandaged Filatov's wounds, and connected them with a partisan detachment.
Из прыгнувших: 27 выжили. Пятеро погибли при падении. Трое суток раненый и голодный Филатов вместе с двумя товарищами бродил по смоленским лесам и болотам, пока не вышел на наших людей. Они накормили их, перевязали раны и помогли связаться с партизанами.
For more than a month, Filatov served with the partisans — raiding small German garrisons, ambushing supply columns, sabotaging roads. When the front advanced, the whole detachment set out to cross the lines. Taking every precaution, one autumn day they reached a Soviet outpost.
"Halt! Who goes there?"
"Brother, take us to headquarters — they'll sort out who we are."
— Soviet sentry and partisans, crossing the front line, September 1943
Месяц Филатов находился в партизанском отряде — громил мелкие вражеские гарнизоны, нападал на обозы, устраивал диверсии на дорогах. Когда фронт приблизился, решено было перейти линию всем отрядом. Соблюдая все предосторожности, в один из дней наступившей осени отряд вышел на боевое охранение нашей части.
«Стой! Кто идёт?»
«Браток, веди нас в штаб, там разберутся, кто мы.»
— Часовой и партизаны, переход линии фронта, сентябрь 1943
While the paperwork of verification ground on — how he was captured, how he escaped, where he had been for over a month — Filatov learned that on 2 September 1943 he had been awarded the title Hero of the Soviet Union. His unit had listed him among the dead. His return from "among the fallen" was reported to command, and he rejoined his regiment — which had since become the 115th Guards.
Пока шла проверка — как попал в плен, как бежал, где находился более месяца — Филатов узнал, что 2 сентября 1943 года ему присвоено звание Героя Советского Союза. В списках части он значился среди погибших. О его возвращении «из числа погибших» было сообщено командованию, и он вернулся в свой полк, ставший к тому времени 115-м Гвардейским.
He faced a medical board. The doctor objected: "Fighter aviation? Our fighters have to swivel their heads 360 degrees even with both eyes, and you, my dear fellow, have only one…"
Filatov answered: "I can shoot accurately — left hand, right hand. And to aim precisely, as in hunting, you have to close one eye. Now I won't even have to. But understand the main thing, Comrade Doctor: I am a fighter pilot, and a fighter lives by combat. Without combat, without risk — he is nobody."
At that moment, Corps Commander General A.S. Blagoveshchensky walked in. He knew Filatov's character. He cut the debate short: "You will fly!"
Его ждала военно-врачебная комиссия. Врач возразил: «В истребительную авиацию? Да у нас истребители даже с обоими глазами крутят головой на 360 градусов, а вы, батенька мой, с одним...»
Филатов ответил: «Стрелять и метко! И с левой, и с правой рукой. А чтобы хорошо прицелиться, нам, как на охоте, приходится закрывать один глаз. Теперь мне не нужно. Но поймите главное, товарищ военврач: я — лётчик-истребитель, а истребитель живёт боем. Без боя, без риска — он никто.»
В этот момент вошёл командир корпуса генерал А.С. Благовещенский. Он знал характер Филатова. И прекратил спор: «Летать ты будешь!»
